Армия бывает разная

Всяческий Бред - Идти на Главную Страницу >>>

Категории:

Полезные Сведенья
Кухонная Философия
Общество и его пороки
Новости
Еда и Питье
Техника
Разное
Личное
Природа
Фото/Видео
"Веселые" Картинки
Юмор


Пишите Письма



Реклама:

Реклама

August 9, 2008

В спорах по поводу Осетии порой всплывают самые разнообразные сведенья. Вот, например, заспорили о состоянии российской армии и вытащили на свет божий интересный кусок из книги генерала Лебедя (Лебедь Александр Иванович всю жизнь прослужил в ВДВ, участвовал в Афганской войне, и стал известен как командующий 14-Российской Армией решительно действовавшей в Приднестровье. Потом стал политиком, был кандидатом в президенты на выборах 1996 года. Погиб 28 апреля 2002 года довольно подозрительно при катастрофе вертолёта Ми-8. В любом случае был неординарным и умным человеком, я его помню по многочисленным интервью):

Из этого «интересного» периода врезались в память три события: визит французской военной делегации во главе с командиром 81-й воздушно-десантной дивизии дивизионным генералом де Курежем, посещение кандидатом в президенты государства Российского Б. Н. Ельциным полигона Тульской воздушно-десантной дивизии и визит в эту же дивизию [373] председателя объединенного комитета начальников штабов вооруженных сил США четырехзвездного генерала Колина Пауэлла.

Запомнились все эти три разноплановые встречи потому, что организовывать и проводить их было поручено мне.

Французы прилетели в конце апреля. Готовясь к этой встрече, я тщательно изучил справку по каждому из входящих в делегацию генералов и офицеров. Справка, кстати, не шпионская, а нормальная, армейская, и прислали ее сами французы. Из справки следовало, что командиру дивизии 58 лет, следующему с ним начальнику училища 54 года. Из чего у меня сложилось превратное впечатление о гостях с берегов Сены. Мне представлялись грузноватые, лысоватые, пожилые, подержанные генералы. При встрече на аэродроме в Домодедове я был приятно удивлен. По трапу легко и непринужденно сошли два генерала. Оба сухие, стройные, никаких признаков живота. По всему видно — оба в прекрасной форме. 54-летний начальник училища смотрится лет на 47-49, а 58-летний командир дивизии — еще моложе.

Программа посещения была рассчитана на пять дней. Запомнились простота, легкость, непосредственность, неприхотливость французов.

— Вместе прыгать будем?

— Никаких проблем!

— Предупреждаю: на площадке грязно!

— Ну о чем вы говорите, мы же солдаты.

На свет извлекается камуфлированная полевая форма, здесь же в приспособленном помещении все весело и в темпе переодеваются. Мы знакомим их с парашютами. Они удивляются: «Странные парашюты».

— Почему странные?

У них, оказывается, основной парашют крепится спереди, а запасной — сзади. У нас — наоборот. Потому для французов и странные...

— Ну ничего, — сказали они, — прыгнем на этих странныхпарашютах!

Прыгнули все до единого. Даже прибывший за полчаса до прыжков их военный атташе. Все, как поросята, вывалялись в грязи. И опять ничего. Что могли, очистили, остальное — высохнет, ототрем.

— Стрелять вместе будем?

— Никаких проблем. [374] Никогда не видели такого гранатомета, но — ничего, разберемся, мы же профессионалы.

Разобрались, отстреляли все до одного, отстреляли метко, и все это весело, и все это легко, непринужденно и с улыбкой. А еще они пели, где только можно. Запевал командир дивизии. Песни о героях-рыцарях средних веков; песни времен колониальных войн, восхваляющие доблесть и мужество французского солдата; песни времен французского Сопротивления. Особенно запомнилась песня о солдате, умирающем в алжирской пустыне за Францию. В предсмертном горячечном бреду к нему является благословляющая его мать. Основная тема песни: Франция и Мать, Мать и Франция, Франция-Мать.

Они знали совершенно потрясающее количество песен. Все их песни — только патриотического содержания, и они их очень здорово пели. Не могло быть импровизации, чтобы так петь, надо петь постоянно. Армия, офицеры которой знают такое количество патриотических песен, армия, в которой запевает командир единственной во Франции воздушно-десантной дивизии, — это сильная армия глубоко уважающего себя государства.

— А еще я их расспрашивал, тоже где только можно: о службе, о быте, о взаимоотношениях, о порядках и услышал много простого и мудрого. Почему, например, атташе, вышедший из машины в парадной форме, уже через полчаса вместе с нами летел в грязь. Оказывается, если ты хочешь стать офицером Франции, в числе прочих тестовых испытаний тебе предстоит совершить три прыжка с парашютом. Доказать наличие у тебя воли, мужества, способности хладнокровно действовать в экстремальных ситуациях. Потом можешь не прыгать — твое дело. Но если ты не совершишь этих обязательных тестовых прыжков, ты не станешь офицером. Поэтому все офицеры французских вооруженных сил независимо от воинской специальности — десантники. Может, кто и поневоле, но все. Все должности во Франции разделены на разряды. Такие тяжелые, как командир роты и Командир полка, — служба два года, есть более. Если 1 января 1990 года ты стал командиром полка, то уже в этот день ты можешь быть твердо уверен, что 1 января 1992 года ты им не будешь. Куда ты уйдешь: вверх, вниз, по горизонтали — будет зависеть от тебя. Но ровно через два года ты уйдешь.

Генерал во Франции служит до 60 лет. И будет уволен в запас точно в день своего рождения. Если ты не просто генерал, [375] а генерал-ученый, тебе сохранят денежное содержание, ты снимешь китель, наденешь пиджак и будешь выполнять ту же научную работу.

Диплом на право командования полком вручает командиру полка лично президент, на церемонию приема и передачи дел и должности по традиции собираются все офицеры и генералы, кто в разное время командовал этим полком, независимо от того, как высока его нынешняя должность. Неявка на такого рода мероприятие рассматривается как признак крайне дурного тона. Церемония длится около трех часов. Она длинная, сложная и красивая. Завершается церемония банкетом. Я спросил: «А сколько человек? 50 — 70?»

— Нет, 600 — 800, иногда более 1000.

— А за чей счет?

— За счет муниципалитета.

— И как он, муниципалитет, к этому относится?

— Великолепно! Во-первых, люди действительно с огромным уважением относятся к армии и гордятся частью, которая находится на их территории. Во-вторых, если даже мэр и муниципалитет нарушат эту освященную веками традицию, в политическом плане они покойники. Это будут помнить им до конца дней. Они не патриоты, они не любят Францию, ибо не любят ее армию. Такие люди не могут стоять у кормила любой власти. И вот когда из рук президента ты получил диплом, заслуженные генералы сказали тебе прочувствованные напутственные речи, сотни людей подняли фужеры за твое здоровье и успех, мэр и другие официальные лица выразили надежду в том, что полк станет еще лучше, — попробуй тут плохо этим полком командовать.

За основу оплаты труда военнослужащего берется средний прожиточный минимум, не минимальный, как у нас, а именно средний, и средний французский. Вводится ряд коэффициентов, зависящих от должности и звания, и над всей этой суммой сразу же воздвигается 80-процентная надбавка. Опять-таки не так, как у нас. Исчисление идет не снизу вверх (если ты будешь себя хорошо вести, мы тебе дадим в конце года ЕДВ — единовременное денежное вознаграждение), а сверху вниз, т.е. при образцовой службе ты имеешь возможность получить 185 процентов. Но это — при образцовой. Никто никого не уговаривает. Подсчет осуществляется ежемесячно. Ты плохо отстрелял — от твоей «надстройки» [376] откусили 15 процентов; ты плохо отводил — еще 15 процентов; неудовлетворительно нес службу в наряде — еще 5 процентов; напился и учинил дебош — тут в зависимости от обстоятельств можно поплатиться 25 — 50 процентами. В общем, гуляй и бездельничай, рванина, но все за твой счет. Если ты в сумме «нашалил» на 90 процентов, то с тебя взыщут в этом месяце 85, пять перейдут на следующий месяц; то есть тебя не опустят ниже среднего прожиточного минимума. Общественное мнение в части постоянно настроено таким образом, что над таким «шалуном» потешаются его товарищи, его «пилит» родная жена, на него укоризненно смотрят соседи. Альтернатива у него невелика — или надо уходить из армии, или срочно уходить, как минимум, в «золотую середину».

— А неуставные взаимоотношения во Франции есть? — поинтересовался я.

— Что такое неуставные взаимоотношения?Я объяснил.

— А, нет!.. — последовал ответ. — Один полк укомплектован полностью контрактниками-профессионалами. Второй — солдатами срочной службы, третий — смешанный. Срочник служит год. Из этого года его три месяца учат в училище, девять месяцев — сама служба. Общественное мнение создано таким образом, что контрактник-профессионал, ударивший, оскорбивший или иным способом обидевший срочника, становится чем-то вроде прокаженного. Его сторонятся, ему не подают руки, на него смотрят с презрением и осуждением. Кроме того, его весьма и весьма ощутимо покарают в финансовом отношении. На таком фоне, прежде чем кого-то ударить, десять раз подумаешь, а если ударишь, то потом сто раз кулак себе отгрызешь.

— А религия?

— А что религия? Веруй в кого хочешь, но за забором. Пять дней в неделю ты на службе, ты солдат, ты гражданин со свободой совести, но держи свою совесть при себе. В субботу-воскресенье молись, крестись, хоть лоб разбей; но в понедельник ты опять на службе и ты опять солдат.

Все взаимоотношения в армии построены на уважении к личности, на почитании герба, флага, гимна. И это не просто слова. У каждого командира дивизии есть служебная резиденция. Он приступил к исполнению служебных обязанностей — и под звуки гимна страны на флагшток взмывает государственный флаг Франции. Он закончил служебный день — опять гимн, [377] но флаг соскользнул с флагштока. Попробуй в таких антисанитарных» условиях напиться на службе и потихоньку улизнуть. И у нас, и во Франции курсант, заканчивая училище, твердо знает, что он будет командиром взвода. Он предполагагает, что когда-то, станет командиром роты, батальона, но это будет когда-то потом, не скоро, поэтому все учатся избирательно, пропуская мимо ушей всевозможные премудрости командования этой самой ротой и батальоном. Выпускнику любого военного училища в СССР (а позже в России) гарантировано, при известном качестве, естественно, прохождение от командира взвода до командира батальона. Но весь этот путь ты пройдешь (если пройдешь) на раз и навсегда полученном багаже знаний, набивая на тех же самых местах бесчисленное количество раз набитые твоими предшественниками шишки. А французы взяли и предельно упростили этот болезненный процесс. Аттестовали тебя на должность командира роты — в училище на переподготовку; на начальника штаба командира батальона — в училище на переподготовку. В течение 1,5-2 месяцев тебе дадут полный объем знаний по твоей конкретной должности. Ты сдашь массу экзаменов и зачетов, и дальше уже можно набить шишку только по собственной тупорылости. Период становления в должности существенно сокращается, болезненность этого процесса сводится практически к нулю и, соответственно, к нулю же сводится количество брака. По-видимому, исходят из известного выражения: «Медведей же учат на велосипеде кататься». Приятное оставили впечатление французы: раскрепощенные, свободные, высокопрофессиональные, высокопатриотичные, служащие за совесть офицеры Государства, в основе организации которого лежит здравый смысл.

Задача по встрече в Туле кандидата в президенты России Б. Н. Ельцина родилась, я бы сказал, спонтанно. Буквально за считанные дни до 31 мая (даты визита) я получил такую задачу от командующего ВДВ генерала Грачева. Собственно, ехал Борис Николаевич не персонально в дивизию, ехал в Тулу. Элементом этой поездки было посещение полигона. Я прибыл в родной, можно сказать, город. Легко и просто состыковал планы с секретарем обкома и председателем облисполкома. Возникло одно недоразумение. Юрий Иванович Литвинцев — первый секретарь обкома — полагал встретить гостя в Тульском аэропорту. Я ему доказывал, что хотя [378] длина взлетно-посадочной полосы позволяет, но она, полоса, горбатая, и длиннофюзеляжные самолеты на нее сажать нельзя ввиду существующей опасности катастрофы.

— Ничего, ничего, примем, — сказал секретарь. — Мои специалисты, — Юрий Иванович сделал ударение на последнем слове, — считают, что можно. — Ну, сумеете принять — так принимайте. Но летуны плюнули на выкладки «специалистов» Литвинцева и сажать ТУ-154 в Туле отказались, посадили в Калуге. От Калуги до Тулы почти 100 километров. Пока встретили, пока доехали, что-то случилось с позвоночником Бориса Николаевича. Им занялась медицина. График встречи «посыпался» с самого начала. Разошлись обиженные, прождавшие более 1,5 часов директора тульских оборонных заводов. Кто-то еще по-крупному обиделся, кажется, преподаватели вузов, точно не помню. Все было не так и не то, но на полигон будущего президента командующий ВДВ Грачев привез в точно установленное время.

Дивизия легко и непринужденно продемонстрировала все, что умела, и даже несколько больше. Александр Петрович Колмаков командовать умел. Я при всем этом действе являл собой нечто среднее между режиссером-постановщиком, главным военным советником, распорядителем-церемониймейстером, комендантом района и городовым. На основании расчета, произведенного безукоризненным, непревзойденным мастером своего дела, заместителем командующего дивизии по воздушно-десантной подготовке полковником Петром Семеновичем Неживым, боевая машина с десантировавшимся внутри ее экипажем приземлилась метрах в 250 прямо перед смотровой трибуной. Лейтенант и сержант в считанные секунды расшвартовали, завели и двинулись к трибуне для доклада.

Борис Николаевич поманил пальцем Главного Носителя Кейса. Носитель извлек из дипломата и передал ему двое часов. Борис Николаевич немного подумал, снял с руки и положил в карман пиджака свои собственные часы. На их место надел одни из поданных Главным Носителем. Когда запыхавшийся лейтенант доложил: «Товарищ... — лейтенант замялся, — кандидат в президенты России, экипаж...», Борис Николаевич отстегнул с руки часы и прочувствованно вручил их лейтенанту: «Сынок, спасибо, от себя, свои». Достал из кармана брюк вторые, точно такие же, и вручил их сержанту [379] с благодарностью. Надо полагать, что лейтенант с сержантом так и ушли в полной уверенности, что кандидаты в президенты имеют минимум по двое одинаковых часов — одни на руке, другие в кармане.

Борис Николаевич вернул часы из кармана пиджака на надлежащее место, и все поехали на новую смотровую точку, в конце показных, занятий прошла примерно 20-минутная встреча с воинами-десантниками. Солдаты, младшие офицеры молча пялили глаза — не каждый день, чай, можно увидеть кандидата в президенты. Борис Николаевич говорил что-то о крутом возрождении России, о том, что в России должна быть русская армия, в которой должны служить русские солдаты и офицеры. Ему бы сказать российские, но он почему-то сказал русские. Майор, замполит батальона, кинулся выяснять, что же делать, если комбат — украинец, зам. — белорус, он, замполит, — русский, а зам. по вооружению — немец. Борис Николаевич досадливо отмахнулся от навязчивого замполита: «Разберемся!» — и объявил о том, что намерен подарить славной Тульской дивизии 500 квартир. Публика отреагировала довольно-таки жидкими аплодисментами. Цену предвыборных обещаний все уже знали. Борис Николаевич, по-видимому, ожидал более бурного проявления эмоций. Такое отсутствие энтузиазма его покоробило. Он недовольно насупился. Командующий поспешил закрыть встречу.

Как я уже неоднократно говорил: «веселие Руси есть пити» — многовековую традицию нарушать не стали, и вся кавалькада устремилась за бражный стол. Количество посадочных мест мне было точно известно, посему я, как комендант и городовой, железной рукой отсчитал восемнадцать душ, не считая охраны, а остальных приказал никого не пускать. В числе отсеченных оказались такой видный политический деятель, как В. П. Баранников, и личный доктор Бориса Николаевича. Возник легкий дипломатический скандал, из которого вышли посредством двух приставных стульев. Прибыв к стоящему на берегу пруда охотничьему домику, Борис Николаевич заявил, что везде, где только позволяет возможность, он купается в холодной воде. Быстренько разоблачился и в чем мама родила полез в пруд. С ним вместе, в таком же виде, полез начальник охраны А. В. Коржаков. Официантки и поварихи, прильнувшие носами к стеклу выходящей окнами на пруд кухни, блызнули в глубь помещения. Борис Николаевич с Александром Васильевичем, освежившись и завернувшись в простыни, проследовали [380] в банкетный зал. Ельцина сопровождали командующий, комдив и другие официальные лица. Я, как находящийся при исполнении, остался на улице. Патруль (лейтенант и два солдата, вооруженные автоматами) прогуливался по периметру стоянки для машин. Такой же патруль прохаживался по дамбе пруда. Оставшаяся не у дел охрана Ельцина в количестве семи человек закрутилась вокруг меня:

— Это кто такие?

— Патрули!

— А патроны есть?

— А как же!

— А по нам?

— Вы что, головкой ударились, вы же гости! — А... тогда ладно!

Охрана нырнула в подвал и молодецки в течение получаса, по докладу зам по тылу дивизии подполковника П.А.Ярославцева, «уговорила» семь бутылок водки на семерых.

Величество должны мы уберечь От всяческих ему не нужных встреч, Ох, рано встает охрана...

Минут через сорок банкет был завершен. Все, что налито, было выпито. Все вышли на свежий воздух в состоянии, когда чувствуешь, что любишь и уважаешь весь мир и ответно любим и уважаем всеми. На 700 метрах квртеж трижды останавливался для того, чтоб все еще и еще раз простились Друг с другом и заверили друг друга в вечной дружбе и любви. Теплая такая, неформальная получилась встреча. Потом были выборы, и Борис Николаевич Ельцин стал первым президентом России, а командующий ВДВ генерал-лейтенант П. С. Грачев — одним из самых теплых и задушевных друзей президента, одним из самых верных и преданных ему лично соратников, министром обороны России. Поистине «Веселие Руси есть пити» — вечная формула успеха.

И еще один визит следует помянуть. Июль. Председатель объединенного комитета начальников штабов вооруженных сил США Колин Пауэлл прибыл в СССР. В плане его визита было посещение Тульской воздушно-десантной дивизии. Все, как всегда, за исключением: Пауэлл вот-вот подлетит, а ветер 9-10 метров в секунду, порывами до двенадцати. Я докладываю командующему ВДВ генералу Грачеву, что прыгать нельзя. Командующий со мной то согласен, то не согласен. Он сомневается, я настаиваю, упирая на то, что американцы американцами, [381] а ноги попереломаем свои, русские. Гостеприимство гостеприимством, но не до такой же степени. Командующий согласен. Я прошу разрешения отдать соответствующие указания. Командующий уточняет: «А самолеты в воздухе?» — Самолеты в воздухе, но ничего страшного, посадим. Командующий внезапно и резко меняет решение: «Десантировать! Нытье прекратить! Пусть видят, что могут советские десантники. Выполнять!» Колин Пауэлл и сопровождающие его генералы и офицеры на смотровой трибуне. Самолеты гудят где-то за лесом, их не видно. Чтобы при таком ветре угодить на площадку приземления, приходится десантировать людей очень далеко. Пошли! Волны камикадзе поневоле наплывают на площадку приземления, со страшной скоростью врезаются в землю, катятся кубарем, гасят купола друг другу, освобождаются от подвесных систем и атакуют. Атакуют свирепо и неукротимо. Это понятно, если тебя так приложат о землю — сразу стервенеешь, по себе знаю. «Четырехзвездный» американский генерал в это время мечется по трибуне и повторяет: «Что вы делаете?» И это почему-то больнее всего. Чертов американец, гость все-таки. Сидел бы себе спокойно, смотрел бы хладнокровно, как русские гладиаторы ломают ноги. Глядишь бы, и ненависть к империализму росла и крепла. Но он человек, он генерал, он знает цену жизни и крови, у него есть совесть, поэтому он мечется и повторяет: «Что вы делаете?» И от этого не только больно, но и нестерпимо стыдно. Результат этой демонстрации возможностей — один проломленный череп (впоследствии покойник), восемь поломанных ног, три руки, одна ключица. Все остальные в той или иной степени ободраны. За что мы любим десантные войска?.. Я не сентиментален, пожалуй, не впечатлителен, насмотрелся в жизни всякого. Добрую половину из этого всякого был бы счастлив больше не видеть, но у меня почему-то до сих пор в ушах звенит вопрос американского генерала Колина Пауэлла: «Что вы делаете?..».



Тэги: Aug2008 Разное Общество Полезные сведенья

Темы, имеющие некоторое отношение к этой (русскоязычный поиск в mysql все же очень не совершенен):
Фраза дня August 10, 2015
Отдельные военнослужащие и целые полки исправно платят дань бандитам April 5, 2008
Фраза дня February 15, 2018
Фраза дня June 20, 2016
Фраза дня December 12, 2015


posted by openid.maloglovets.net/oleg at August 11, 2008 Свернуть
как все хорошо у них и как плохо все у нас :(

пользователь: пароль:
регистрироваться  Залогинится под OpenID


Архив:

Nov2018   Oct2018   Sep2018   Aug2018   Jul2018   Jun2018   May2018   Apr2018   Mar2018   Feb2018   Jan2018   Dec2017   Nov2017   Oct2017   Sep2017   Aug2017   Jul2017   Jun2017   May2017   Apr2017   Mar2017   Feb2017   Jan2017   Dec2016   Nov2016   Oct2016   Sep2016   Aug2016   Jul2016   Jun2016   May2016   Apr2016   Mar2016   Feb2016   Jan2016   Dec2015   Nov2015   Oct2015   Sep2015   Aug2015   Jul2015   Jun2015   May2015   Apr2015   Mar2015   Feb2015   Jan2015   Dec2014   Nov2014   Oct2014   Sep2014   Aug2014   Jul2014   Jun2014   May2014   Apr2014   Mar2014   Feb2014   Jan2014   Dec2013   Nov2013   Oct2013   Sep2013   Aug2013   Jul2013   Jun2013   May2013   Apr2013   Mar2013   Feb2013   Jan2013   Dec2012   Nov2012   Oct2012   Sep2012   Aug2012   Jul2012   Jun2012   May2012   Apr2012   Mar2012   Feb2012   Jan2012   Dec2011   Nov2011   Oct2011   Sep2011   Aug2011   Jul2011   Jun2011   May2011   Apr2011   Mar2011   Feb2011   Jan2011   Dec2010   Nov2010   Oct2010   Sep2010   Aug2010   Jul2010   Jun2010   May2010   Apr2010   Mar2010   Feb2010   Jan2010   Dec2009   Nov2009   Oct2009   Sep2009   Aug2009   Jul2009   Jun2009   May2009   Apr2009   Mar2009   Feb2009   Jan2009   Dec2008   Nov2008   Oct2008   Sep2008   Aug2008   Jul2008   Jun2008   May2008   Apr2008   Mar2008   Feb2008   Jan2008   Dec2007   Nov2007   Oct2007   Sep2007   Aug2007   Jul2007   Jun2007   May2007   Apr2007   Mar2007   Feb2007   Jan2007   Dec2006   Nov2006   Oct2006   Sep2006   Aug2006   Jul2006   Jun2006   May2006